В вашем браузере не включен Javascript
Напишите нам
Мы в соцсетях
  • ВКонтакте
  • Facebook
  • Twitter
Метки статей
наркотики алкоголь рейтинг дети антисанитария вода жара курение никотин смертность здоровье водка секс мусор пластик вредные привычки зависимость активность здравоохранение медицина алкоголизм наркомания спорт питание отравление права потребителей климат экология психология досуг велосипед профилактика рак общество работа лекарства общепит старение экономика исследование ВИЧ/СПИД мужчины эпидемия память демография рождаемость статистика напитки радиация наука старость отходы молодежь инфекция воспитание закон человечество безопасность лобби опрос еда права человека гигиена счастье реклама пьянство косметика психика культура мышление ценности загар образ жизни Минздрав ответственность бактерии качество технологии традиции общество потребления образование мифы консерванты политика погода смерть женщина игромания скандал среда боль органик анонс окружающая среда ЧП инвалидность чистота личность бросить курить пенсия сироты угрозы история добро насилие история успеха благотворительность качество питания Олимпиада зло нравы социальная политика загрязнение воздух кино психиатрия потребление молодость подростки личный опыт религия школа пенсионная реформа наркотик эко сельское хозяйство кризис миграция форум импорт выставка
 
Обсуждаемые статьи
 
Популярные статьи

Доноры - детям

Фонд помощи хосписам

Волонтеры в помощь детям сиротам. Отказники.ру

«Придет время, появятся и закусочные "6 мая", и рюмочные "Герои протеста»

Добавлено:
В интернете разгорается скандал вокруг ресторана под названием «НКВД», открывшегося в центре Москвы. Пользователи соцсетей отмечают неэтичность подобного названия и призывают владельцев его сменить. Журналист Станислав Кучер по дороге в редакцию заехал в кафе и пообщался с его сотрудником.
 
Незатейливый интерьер советской столовой, стандартные одинаковые столы, деревянные стулья, на стенах портреты Сталина и Дзержинского. Единственный человек в пустом зале — одетый в гимнастерку парень лет тридцати. Представиться он отказался, но заметил, что он тут всегда, и официант, и метрдотель одновременно.
 
— А почему все-таки НКВД? — спрашиваю.
 
— А вы сами точно знаете, как это расшифровывается? — вопросом на вопрос отвечает парень. — А, может, это значит «Народная кухня великой державы»?
 
— Ага, — говорю, — а на стене портреты шеф-повара и сотрудника месяца?
 
Я заказываю эспрессо с собой.
 
— А вы в курсе, — спрашивает официант, — что половина моих ровесников вообще понятия не имеет, кто такой вот этот, с бородой, на портрете? А отчество и настоящую фамилию того, который с усами, тем более не знает? А те, кому в районе двадцати, одного от другого не отличат? И вообще, в истории не все так однозначно, — тут парень внимательно на меня смотрит. — Они, по-вашему, только плохое делали? Хорошего ничего не было? Я вот историей давно интересуюсь и много чего знаю. Вы, например, знаете, что Сталин с Гитлером сначала вместе войну начали и Европу делили?
 
— Слышал, — киваю я, переваривая винегрет из исторических тезисов. — Вы об этом тоже вашим посетителям рассказывать будете?
 
— Нет, — вдруг охладевает к беседе парень. — Мы только о кухне разговаривать будем. Вы, кстати, так ничего поесть и не заказали.
 
Конечно, как человеку, у которого двоюродный дед, герой войны в Испании, был в 1938-м арестован тем самым НКВД и расстрелян, мне в какой-то момент захотелось поделиться с парнем в гимнастерке идеями насчет возможного набора услуг, каким это кафе могло бы привлечь посетителей. Ну там, лампы на каждом столе поставить, чтобы свет во время трапезы прямо в глаза. Или руки клиентам за спинкой стула связывать, чтобы суп лакать веселее было. Или кровь куриную на столах разлить для полноты ощущений слияния с народной кухней великой державы. Или сделать так, чтобы из динамиков нон-стопом звучала «Банька по-белому» Высоцкого.
 
Но я быстро понял, что все это довольно пошло, и читать морали на тему трагических уроков истории ему или хозяевам заведения бесполезно. То, что они делают, чистый бизнес, уродливая, на мой взгляд, но естественная реакция на возрожденную популярность советской мифологии. Государство, будучи не в состоянии предложить народу ясную картину красивого будущего, продает, а, точнее, по дешевке впаривает героическое прошлое. Все, что делают основатели псевдопатриотических стартапов, попросту пытаются цинично на этом заработать. Сменится режим и нарисуется мода на героические 90-е: точно так же будут открывать кабаки с названиями «Приватизация», «МММ», «Семья» и далее по списку. Придет время, не сомневайтесь, появятся и закусочные «6 мая», и коктейль-бары «Pussy Riot», и рюмочные «Герои протеста».
 
Все рассуждения правозащитников в радиоэфире и соцсетях о безнравственности и короткой памяти спекулянтов на исторической драме логичны и справедливы, но, по сути, абсолютно бесполезная трата времени и энергии. Это как с выставкой Стерджеса: активные «патриоты» подсуетились, пригнали юнцов в униформе и вынудили закрыть проект. И никто из защитников свободного искусства не устроил зеркальный митинг в его поддержку, все ограничились возмущением в Facebook, проглотили и забыли. И моду на сталинизм проглотят, потому что противопоставить ей, кроме праведного гнева в эфире, противникам сталинизма пока, или уже, нечего. В общем, у всех, кому эта новость испортила аппетит, вся надежда лишь на то, что кухня в НКВД окажется достойной названия.
Версия для печати

Метки статьи: ценности, история, нравы

Комментарии:

Читайте также:

Трудно представить, где бы могли пересечься пути известного кинорежиссера, матери-героини из Киева, ночами пишущей стихи, и активистов борьбы за трезвость, не будь премии «На благо мира». Её жюри из миллионов юзеров оценивает творчество лишь по одному критерию, меняет ли оно мир к лучшему? О премии и первых победителях рассказывает президент Благотворительного фонда «На благо мира» Александр Усанин. 

Треть россиян называют утрату нравственных ценностей одной из главных угроз для будущего страны. Но экономического кризиса мы боимся все же больше, сообщает ВЦИОМ.

Самая большая беда отечественной медицины — и советской, и постсоветской — состоит не в недофинансированности, не в плохой технической оснащённости и даже не в скверной подготовке кадров всех уровней.  Главная беда — в принятом подходе к лечению, считает выпускник мединститута, а ныне Интернет-деятель Антон Носик.