В вашем браузере не включен Javascript
Напишите нам
Последнее обновление
сегодня, 06:51
Мы в соцсетях
  • ВКонтакте
  • Facebook
  • Twitter
Метки статей
семейные ценности ориентация аборты активность алкоголь аллергия анонс аутизм безопасность беременность биоритмы благотворительность боль вегетарианство велосипед ВИЧ/СПИД возраст воспитание вредные привычки гендер генетика гены демография дети детское питание детство диагностика добро долголетие донорство досуг еда женщина животные зависимость закон здоровое питание здоровый образ жизни здоровье здравоохранение зло зрение зубы интеллект исследование история история успеха кино красота кризис лженаука личная история личная эффективность личность личный опыт лишний вес ложь любовь медицина мифы мозг молодежь мужчины мусор мышление насилие наука новый год нравы образ жизни образование обучение общение общество ожирение ответственность отходы память педофилия пенсионная реформа пенсия питание пищевые привычки поведение подростки позвоночник политика похудение права человека правильное питание праздник продолжительность жизни просвещение простуда психиатрия психика психология рак реклама религия родители роды Рождество саморазвитие секс семья сила сироты смертность смерть совы и жаворонки солидарность спина спорт старение старость стресс счастье телевидение технологии технология традиции усыновление фаст-фуд ценности школа экология экономика эксперимент
 
Обсуждаемые статьи
 
Популярные статьи
Подписка
 
 

Доноры - детям

Фонд помощи хосписам

Волонтеры в помощь детям сиротам. Отказники.ру

Скелет мамонта в шкафу. Почему в России не работает гендерная психология

Добавлено:

Главное для девушки – побыстрее выйти замуж, так как без мужа женщина несчастна и после 25 лет уже никому не нужна. А с мужем будет ей счастье, даже если он ее поколачивает – психолог Елена Шахновская о том, почему в России преобладают средневековые взгляды на взаимоотношения мужчин и женщин.

«Вам встречались пары, где муж ведет хозяйство, а жена зарабатывает деньги?» — спросила я семейного терапевта. «Да, и это для семьи катастрофа», — сказал он. Я насторожилась. Этот разговор был мне нужен для документального фильма о стирании гендерных границ. О встраивании России в европейский социальный контекст. Тогда я спросила, как он относится к gender-free воспитанию. Семейный терапевт спросил, что это такое. Я объяснила, приведя в пример шведский детский сад, где дети именуются не мальчиками и девочками, а друзьями и играют в машинки и куклы вне зависимости от пола. «Этого не может быть», — сказал психолог. «Вообще-то, борьба с гендерными стереотипами входит в национальную политику Швеции», — сказала я. «Это извращение, — отрезал он. — Так заведено: мужчины — охотники, они добывают мамонта, а женщины — хранительницы домашнего очага». Я попросила оператора выключить камеру. Снимать дальше было бессмысленно.
И дело тут вовсе не в частном мракобесии конкретного специалиста. Любой разговор про гендер, на любом уровне, буквально через пару фраз приводит ровно к этой формуле. Прошло больше миллиона лет, человечество изобрело письменность, деньги, колесо, конституции, кинематограф, интернет, а мы продолжаем апеллировать к мамонтам.
Пару лет назад я преподавала гендерную психологию в одном московском университете. Рассказывала о гендерных стереотипах, дискриминации, социализации и всем таком прочем. И главное, с чем я столкнулась — с невозможностью добиться хотя бы элементарного понимания, что все эти понятия обозначают. Студенты-пятикурсники слушали, кивали, записывали, но когда доходило до примеров, впадали в оцепенение. «Допустим, стереотип: мужчины умнее женщин, — подсказывала я. — Или вот: женщины не должны зарабатывать больше мужчин». «Какие же это стереотипы, — говорили они, — так же есть на самом деле». «Почему?» — спрашивала я, догадываясь об ответе. «Ну а как же, — говорили студенты, — мужчина — охотник…»
Самое удивительное, что предмета «гендерная психология» нет в государственном образовательном стандарте по психологии. Зоопсихология есть, психология труда есть, не говоря уже о физкультуре и каком-то загадочном ЭВМ в психологии, а гендерной — нет. То есть вузы рассказывают о ней по желанию, в случае особой прогрессивности руководства. А в обычном случае из университетов выходят психологи с вполне обывательскими представлениями.
Представления эти, кстати, становятся все более средневековыми. Простой пример: в 1997 году лидирующие позиции в рейтинге занимало новаторское по тем временам ток-шоу «Я сама». Там были эксперты-психологи двух направлений: «традиционного» и «феминисткого». И хотя такое разделение было искусственным и наивным, эта телепередача, как ничто другое, повлияла на развитие бытовой гендерной психологии в стране. Расширила женское самосознание, предложив хотя бы две — разные — точки зрения на взаимоотношения.
Спустя более чем десятилетие, в 2011 году, востребованной программой стало совсем другое ток-шоу — «Давай поженимся». В качестве экспертов там выступают астролог и сваха, вместе с ведущей транслирующие дремучую, агрессивную, ультрапатриархальную модель, при которой женщина в двадцать пять лет стара, в девичестве несчастна, а в замужестве может быть и поколочена, поскольку если бьет, то любит. Все это с привычной риторикой про мамонтов, разумеется.
В этом смысле показателен простой эксперимент. Если набрать в поисковике «Gender Mainstreaming» — название комплексной программы, направленной на устранение гендерного неравенства, которой руководствуются многие страны Евросоюза, — он выдаст множество англоязычных страниц на эту тему, в том числе и критических. Первая же ссылка на русском языке, в которой упоминается программа, содержит в себе статью под названием «Гендер — инструмент уродования общества».
За оголтелым неприятием не то что феминизма, а самого факта, что гендерные проблемы существуют, за аксиомой про мужчину-охотника и женщину-хранительницу стоит, судя по всему, недостижимая American dream. Которая исчерпывающе описывается в энциклопедии хиппи: «Совершенное, глянцевое устройство жизни: он на высокооплачиваемой работе, она домохозяйка, двое здоровых детей, розовый домик в тихом зеленом пригороде, две машины, собака Спот и кошечка Пуфф».
Гендерная психология выросла из феминизма. А он вспыхнул, когда американским женщинам 60-х осточертели розовые домики в зеленых пригородах. И, видимо, массовая потребность в гендерной психологии, понимание ее устройства невозможно в России, пока здесь не прорастет феминизм, у которого, кажется, нет шансов до тех пор, пока у каждой российской женщины не будет розового домика.
Хотя спекуляцию на мамонтах можно все-таки прекратить уже сейчас. Если вчитаться в увлекательную книгу «Человек и его пища», которая вообще-то не про гендер, легко обнаружить, что мамонт и все его мясные аналоги были типичной мужской пищей. Причем нерегулярной, потому что добытчики из первобытных мужчин были так себе. А женщины питались ягодами и фруктами, которые вполне собирали сами — себе, своим детям и тем охотникам, которые промахнулись. Так что исторически им этот мамонт был вообще не нужен. Они его жарили просто из вежливости.
Источник: Сноб
Версия для печати

Метки статьи: гендер, , мужчины, общество

Комментарии: