В вашем браузере не включен Javascript
Напишите нам
Последнее обновление
сегодня, 06:51
Мы в соцсетях
  • ВКонтакте
  • Facebook
  • Twitter
Метки статей
семейные ценности ориентация аборты активность алкоголь аллергия анонс аутизм безопасность беременность биоритмы благотворительность боль вегетарианство велосипед ВИЧ/СПИД возраст воспитание вредные привычки гендер генетика гены демография дети детское питание детство диагностика добро долголетие донорство досуг еда женщина животные зависимость закон здоровое питание здоровый образ жизни здоровье здравоохранение зло зрение зубы интеллект исследование история история успеха кино красота кризис лженаука личная история личная эффективность личность личный опыт лишний вес ложь любовь медицина мифы мозг молодежь мужчины мусор мышление насилие наука новый год нравы образ жизни образование обучение общение общество ожирение ответственность отходы память педофилия пенсионная реформа пенсия питание пищевые привычки поведение подростки позвоночник политика похудение права человека правильное питание праздник продолжительность жизни просвещение простуда психиатрия психика психология рак реклама религия родители роды Рождество саморазвитие секс семья сила сироты смертность смерть совы и жаворонки солидарность спина спорт старение старость стресс счастье телевидение технологии технология традиции усыновление фаст-фуд ценности школа экология экономика эксперимент
 
Обсуждаемые статьи
 
Популярные статьи
Подписка
 
 

Доноры - детям

Фонд помощи хосписам

Волонтеры в помощь детям сиротам. Отказники.ру

Как хвалить, но не перехвалить ребенка

Добавлено:

Хвалить часто или редко, только за серьезные достижения или за мелочи тоже? Этими вопросами задаются практически все родители. Как не оказаться «сухарем» и соблюсти меру, пытается разобраться психолог Катерина Мурашова.

— Доктор, скажите, детей ведь нужно хвалить? — вопрос женщины звучал почти агрессивно и подразумевал только один вариант ответа. Я, не понимая, в чем дело, решила пока не обманывать ее ожиданий.
— Разумеется, нужно. Любой ребенок бывает в чем-то успешен, делает что-то хорошо...
— А просто так? Просто так сказать, что он хороший, умный, замечательный, разве это не нужно? Сказать: я тебя люблю! — разве это для ребенка не важно? У нас же этого днем с огнем не сыщешь! А вот вы американские фильмы смотрели? Вот у них…
— Смотрела, — кивнула я. — И тоже обращала внимание, что там герои, чуть ли не в магазин отлучаясь, говорят друг другу: «Я тебя люблю!» Я никогда не жила в США и не знаю, насколько это соответствует реальной жизни американцев.
— А вы что думаете? Человеку, особенно ребенку, не нужно, чтобы ему открыто говорили, что его любят?!
— У меня, пожалуй, нет четко сформированного мнения по этому вопросу, — честно ответила я.
«Вряд ли ей нужно мое разрешение, чтобы хвалить своего ребенка», — подумала я и попросила:
— Так с чем вы ко мне пришли?
Женщина, представившаяся Светланой, поудобнее устроилась на стуле и как будто слегка успокоилась:
— Моя собственная мать никогда меня не хвалила.
— Совсем никогда? Простите, но мне кажется, что такого не может быть.
— Ну ладно. Хвалила, но очень, очень редко. И всегда как будто сквозь зубы. У нее самой было тяжелое детство, она была старшей из четырех детей, на ней лежало хозяйство, ее мать все время работала, чтобы прокормить семью, отец был инвалидом войны и пил. Но мне от всего этого не было легче. Каждую, даже самую мельчайшую похвалу матери надо было заслужить — и я все детство отчаянно старалась. Училась почти на отлично, все делала по дому, успешно занималась танцами, рисованием. И за все это: «Что ж, Светка, недурно, совсем недурно…» Это максимум, на который я могла рассчитывать. Никогда, вы понимаете — ни разу в жизни! — она не сказала мне, что я — молодец, что она меня любит… В юности я была жутко стеснительной, зажатой, не могла поверить, что могу кому-то по-настоящему нравиться, моему будущему мужу пришлось долго убеждать меня, что его чувства ко мне — не розыгрыш…
«Интересно, ей все еще нужны комплименты? — подумала я. — Сказать ей, что ли, что свою стеснительность она явно успешно преодолела, превратив ее в напористость? Или лучше не надо?»
— И вот уже тогда, в детстве или ранней юности, в совершенной независимости от американских фильмов, вы решили, что, если у вас будут дети, вы не откажете им в поощрениях и добрых словах… — попробовала догадаться я.
— Именно! — радостно воскликнула Светлана. — Именно так, как вы сказали. И когда у меня родилась дочь, Наташа, я так и делала. Я говорила ей все, что мне самой хотелось услышать от матери, и хвалила ее рисунки, и то, как она поет, и вообще все.
— Сколько лет вашей дочери сейчас? И что говорила бабушка, наблюдая, как вы воспитываете своего ребенка?
— Дочери сейчас четырнадцать. Мама всегда говорила, что я ее избалую на свою голову, и что она умывает руки. Я ее, если честно, к дочке не очень подпускала, да и дочка не слишком стремилась к бабушке ездить — говорят, что бабушки ласковей к внукам, чем к детям, но тут ничего не изменилось, все было так же строго и холодно, как в моем детстве.
— И что же теперь произошло? Девочка действительно получилась избалованной? Села вам на голову?
— Да нет, вроде. Наташа всегда неплохо училась, несколько лет в музыкальной школе, потом пением индивидуально занималась, сейчас правда бросила. Мы все музеи вместе обошли, в театры ходим, за город ездим, в магазины. У нас всегда были хорошие, доверительные отношения. Мне, в отличие от папы, она все про себя рассказывала, я о такой откровенности с собственной матерью и мечтать не могла. Я ее всегда поддерживала.
— И вот недавно…
— Недавно, буквально на ровном месте, у дочери случилась жуткая истерика. Она кричала, что все придурки, что она сама — жирная дура, что она не хочет жить. Я очень испугалась!
— Еще бы вы не испугались! — согласно качнула головой я.
— И знаете, что самое ужасное? Она обвинила во всем меня! Она сказала, что я ее все время хвалила, говорила, что она красивая и замечательная, и она, дура, мне поверила, а теперь видит, что я ей все время врала, а на самом деле вовсе она не замечательная, а наоборот, и ничего у нее не получается, но все другие еще хуже, и поэтому лучше бы она вообще сдохла, или я ее с самого начала бабушке отдала… — Голос женщины прервался спазмом.
— Но, послушайте, ведь наверняка был какой-то повод, — на этом драматическом моменте («отдала бабушке…» — ведь знала же юная истеричка, куда побольнее мать ударить!) я прервала ее монолог. — Какая-то неудача.
— Да, кажется, мальчик, который ей нравился, сходил куда-то с ее подругой или просто написал той что-то милое и ласковое «Вконтакте».
— О, я так и думала. И, знаете, мне кажется, что это даже хорошо, что нарыв прорвался.
— Но что же мне теперь делать? — воскликнула Светлана.
* * *
Вспомнить этот случай и поднять тему меня заставила одна дискуссия в журнале «Сноб». В очередной раз мы выяснили, что есть разные позиции по вопросу, как, сколько и в каких случаях следует (или, наоборот, не следует) хвалить детей. Кроме того, там же мы начали интересный разговор о том, что в разных культурах этот вопрос решается по-разному. Было высказано предположение, что в советско-российской семейной культуре активно хвалить детей и, уж тем более, говорить им о своей любви было не принято. Так ли это? И что сейчас ситуация меняется. Действительно меняется?
Мне интересен этот разговор не только потому, что я время от времени сталкиваюсь с этой проблемой профессионально. Это и моя собственная проблема. Так сложилось, что я сама выросла в мире, где оперировали категориями: «у тебя получилось» и «у тебя не получилось». Похвал и комплиментов не было вообще, и к ним как будто не особо и стремились. Формула «я тебя люблю» была рекомендована к однократному произнесению в течение всей жизни (и к детям не имела вообще никакого отношения). Уже во взрослом возрасте я училась говорить людям комплименты также алгоритмично, как когда-то училась решать квадратные уравнения (мне объяснили и доказали, что этот навык нужен и полезен). И до сих пор я толком не знаю, как реагировать на комплименты, адресованные мне самой.
Поэтому мне (и, смею думать, многим читателям) будет интересен и полезен любой аспект обсуждения данной проблемы.
**********************
А теперь – о том, что произошло дальше со Светланой и ее семьей.
Естественно, что первым делом я захотела увидеть дочку Светланы, Наташу. Девочка предстала весьма невротизированной и негативной. Учителя придираются, одноклассники — придурки, подружки — все сплошь предательницы. Самооценка, скачущая между сильно завышенной и так же сильно заниженной. Само собой, если дома годами получаешь не то, что тебе надо, а то, что надо было матери в ее фантазиях двадцать лет назад, чего же ждать?
Светлана, закономерно испуганная прозвучавшими у дочери суицидальными мотивами, настойчиво требовала от меня ответа: ладно, пусть прошлое было ошибкой. Но как мне теперь-то себя с ней вести?! 
Единственный метод, который пришел мне в голову, — «правдотерапия». Вот все то, что Светлана рассказала мне о своем детстве и своих чувствах, она в моем кабинете рассказала и Наташе. Не знаю, какой реакции мы со Светланой ожидали. Но, все внимательно выслушав, Наташа... от души рассмеялась.
— Наша бабушка — это да! — сказала она, когда я спросила ее о причине. — Это надо видеть и слышать. Она семьдесят банок огурцов на зиму с дачи закатала. Я говорю: бабушка, зачем нам столько соленых огурцов?! А она: то, что на земле выросло, должно быть переработано. Кто знает, как жизнь повернется — может, еще спасибо земле скажем.
Светлана выглядела очень удивленной: ее мать казалась ей какой угодно, но не смешной. 
— Теперь мне хоть правила понятны, — сказала Наташа на одной из следующих встреч. — Но еще практики не хватает. Мать-то моя, бабушкой воспитанная, всем за все благодарна, ей помогут или слово доброе скажут, так она чуть не кланяется, а меня все раздражают. Может, мне и правда у бабушки немного пожить? 
— Почему нет? — согласилась я.
Бабушка на переселение согласилась, но встретила внучку неласково:
— Неблагодарная! Ты там у родителей как сыр в масле каталась, твоя мать и десятой доли того не видала, а все и по дому делала, и соседке хворой в магазин ходила, и училась прекрасно, да еще в ансамбле плясала, выступала людям на радость. А ты что? Бездельница, да еще и кочевряжишься!
— Что мне делать? — спросила у меня Наташа. 
— Дословно, ничего не упуская, все пересказать матери, — велела я.
Светлана, выслушав дочь, долго рыдала. Потом позвонила матери (на личную встречу не решилась) и спросила: «Мама, но почему же ты мне-то никогда не говорила, что ТАК обо мне думаешь?!» — «А как же еще? — удивилась старуха. — Ты всегда правильная девочка была, добрая и умная. И вообще, моя дочь — самая лучшая. Как для тебя Наташка твоя. Или для тебя не так?» — «Так. Но почему же не говорила?!» — «А зачем баловать-то? От баловства вред один и шатания в голове. Ты ж сама убедилась».
Занавес.
Наташа теперь говорит, что хочет стать психологом. На всякий случай.
Источник: "Сноб"
Версия для печати

Метки статьи: воспитание, дети, психология

Комментарии:

    Читайте также:

    Наступает Новый год, и мы опять даем себе слово начать новую жизнь. Сколько раз мы уже обещали себе буквально со 2 января начать делать зарядку, завязать с фаст-фудом, перестать есть на ночь? Но изменить жизнь нам всегда что-то мешало.

     

    .

    Сказав неправду, люди испытывают желание прополоскать рот, а написав ложь - вымыть руки. По мнению ученых, головной мозг устанавливает связь между абстрактным понятием «грязного» поступка и вещественными представлениями о чистоте, сообщает РИА «Новости» со ссылкой на исследование, опубликованное в Psychological Science.

    Свои трудности россияне предпочитают обсуждать на кухне, а не в кабинете специалиста. В ситуации стресса и нервозности к услугам психотерапевта обратится каждый десятый (11%), а с проблемами в семье – лишь 2-3% россиян, приводит "Интерфакс" данные опроса ВЦИОМ.